Владимир Воробьёв предлагает Вам запомнить сайт «СОЦИАЛЬНАЯ СЕТЬ "ПРАВОСЛАВНЫЙ РАЗГОВОР"»
Вы хотите запомнить сайт «СОЦИАЛЬНАЯ СЕТЬ "ПРАВОСЛАВНЫЙ РАЗГОВОР"»?
Да Нет
×
Прогноз погоды
Новусманская школа-интернат
Православные праздники

Отправить письмо










Русская идея

развернуть

"Посреди быстрого падения религиозных и гражданских учреждений в Европе, при повсеместном распространении разрушительных понятий, в виду печальных явлений, окружавших нас со всех сторон, надлежало укрепить Отечество на твёрдых основаниях, на коих зиждется благоденствие, сила и жизнь народная; найти начала, составляющие отличительный характер России и ей исключительно принадлежащие; собрать в одно целое священные останки её народности и на них укрепить якорь нашего спасения".

"Собственными началами России являются Православие, Самодержавие и Народность, без коих она не может благоденствовать, усиливаться и жить".

Министр народного просвещения Граф С. С. Уваров

 

"Каждый народ мира, в особенности каждый великий народ, имеет свои, неповторимые в истории мира пути. Не существует никаких исторических законов развития, которые были бы обязательны для всех народов истории и современности. Русская государственность, русская национальность и русская культура идут своим собственным путём, впитывая в себя ряд чужеродных влияний, но не повторяя путей никакой иной государственности, нации и культуры истории и современности. Империя Рюриковичей в начале нашей истории так же своеобразна и так же неповторима, как самодержавие московских царей, как Империя Петербургского периода, или даже, как советская власть.

Поэтому  никакие мерки, рецепты, программы и идеологии, заимствованные откуда бы то ни было извне, — неприменимы для путей русской государственности, русской национальности и русской культуры.

Тем более, что русская национальность, государственность и культура с чрезвычайной степенью резкости отражают индивидуальные особенности русского народа, принципиально отличные от индивидуальных особенностей и Европы, и Азии. Россия — не Европа, но и не Азия и даже не Евразия. Это — просто — Россия. Совершенно своеобразный национальный государственный и культурный комплекс, одинаково чётко отличающийся и от Европы, и от Азии. Основные черты этого комплекса достаточно отчётливо определились раньше, чем европейское влияние или азиатские нашествия могли наложить на Россию свой отпечаток. На эти черты никакого влияния не оказала и Византия. Византийская Империя была Империей без нации. Русская Империя со времён «начальной летописи» строилась по национальному признаку. Однако, в отличие от национальных государств остального мира, русская национальная идея всегда перерастала племенные рамки и становилась сверх национальной идеей, как русская государственность всегда была сверх национальной государственностью, — однако, при том условии, что именно русская идея государственности, нации и культуры являлась, является и сейчас, определяющей идеей всего национального государственного строительства России. И, хотя уже не в первый раз, в истории России эта идея искалечена иностранной интервенцией — она всё-таки остаётся определяющей идеей".

Ни одна нация в истории человечества не строила и не постигла такой государственности, при которой все втянутые в орбиту этого строительства нации, народы и племена чувствовали себя — одинаково удобно или неудобно, — но так же удобно или неудобно, как и русский народ. Если было удобно — было удобно всем, если было неудобно — то тоже всем. Это есть основная черта русского государственного строительства. Она может называться интернационализмом, космополитизмом, универсализмом или «вселенскостью», но она проходит определяющей чертой через всю русскую историю" – отмечал в своей работе "Народная монархия" Иван Лукьянович Солоневич.

В этой связи формула графа Сергея Семёновича Уварова  универсальна  для всех времён существования РУССКОГО народа.  Она отражает все стороны его существования, как единого целого, в веках. В этой формуле заложены и смысл, и цель, и средства существования РУССКОГО народа на бренной земле.

Уваровская триада является "формулой русской культуры", то есть фундаментальным основанием, на котором покоится благоденствие России как нации, государства и цивилизации. В этом качестве уваровский закон содержит в себе все возможные вариации Русской идеи. И православный патриотизм, и имперскую идеологию, и русский национализм, составляющие в совокупности идеологию русской национальной политической мысли, практическим воплощением которой является русский миропорядок - Государство Российское.

"Для того, чтобы нация могла создать что-то ценное, нужна устойчивость власти, закона, традиции и хозяйственно-социального строя. Если этой устойчивости нет, невозможно никакое творчество. Почти невозможен и никакой труд," – писал Иван Солоневич. Понимая это, граф С.С. Уваров  попытался сформулировать формулу духовного и общественного существования РУССКОГО народа, как единого целого, на все времена. И это ему блестяще удалось.

ПРАВОСЛАВИЕ

Оно определяет цель, мировоззрение и весь образ жизни РУССКОГО человека. Оно формирует образ мысли, систему поведения и те ценности, которыми руководствуется РУССКИЙ человек в своих взаимоотношениях с окружающим миром и обществом.

"Без любви к Вере предков, - писал Уваров, - народ, как и частный человек, должны погибнуть; ослабить в них Веру, то же самое, что лишать их крови и вырвать сердце. Это было бы готовить им низшую степень в моральном и политическом предназначении. Это было бы измена в пространном смысле".

Правоту этих слов подтвердили все последующие неполных двести лет жизни русской нации. С утратой Веры, русский народ неуклонно убывает, а его государство превратилось в современного безнравственного и бездуховного карлика  под названием Россия. Где заправляет нерусь, разграбляя и уничтожая богатства, доставшиеся им от русских предков.

Именно Православная Вера стала тем зерном,  из  которого  вызрели колосья русскойНАЦИОНАЛЬНОСТИ из славянских и иных племен, разбросанных по огромным территориям Европы.  Тысячу лет  Русская  Православная церковь формировала русского человека и являлась духовным и нравственным стержнем российской государственности.

"Откуда все, что есть лучшего в нашем Отечестве, чем ныне более дорожим мы по справедливости, о чем приятно размышлять нам, что отрадно и утешительно видеть вокруг себя? - От веры Православной, которую принес нам равноапостольный князь наш Владимир. Мы не можем не радоваться необъятному почти величию земли отечественной. Кто первый виновник его? Святая вера Православная. Она соединила воедино разрозненные племена славянские, уничтожила племенные их отличия, поставляющие преграду их общению, и образовала один многочисленный, сильный и единодушный народ русский. Кто соблюл и сохранил нашу народность в течение стольких веков, после стольких переворотов, посреди стольких врагов, посягающих на нее? Святая вера Православная. Она очистила, освятила и укрепила в нас любовь к Отечеству, сообщив ей высшее значение в любви к вере и Церкви. Она воодушевляла героев Донских и Невских, Авраамиев и Гермогенов, Мининых и Пожарских. Она вдыхала и вдыхает воинам нашим непоколебимое мужество в бранях и освящает самую брань за Отечество как святый подвиг за веру Христову..." Эти вдохновенные слова принадлежат преосвященному Димитрию, архиепископу Херсонскому. Давным-давно сказаны они, но неужели не отзовутся и ныне в сердце русского человека!" – так митрополит Иоанн Санкт-Петербургский и Ладожский увещевал своих соотечественников.

Вся русская культура и искусство насквозь пронизаны Православием. Без него не было бы ни русского языка, ни русской классической литературы, ни русской классической музыки.

Без Веры – нет РУССКОГО человека, утверждал Ф.М. Достоевский: "Русский человек без ВЕРЫ – СВОЛОЧЬ",  –  заметил он на страницах своего дневника.  

"Но есть и Божий Суд, наперсники разврата. Он ждёт, он недоступен звону злата", восклицал  М.Ю. Лермонтов на смерть А.С. Пушкина.

Исполнителем воли Господа считал себя великий РУССКИЙ поэт А.С. Пушкин: "Как труп в пустыне я лежал,    И БОГА глас ко мне воззвал: "Восстань, пророк, и виждь, и внемли, Исполнись волею МОЕЙ, И, обходя моря и земли,  Глаголом жги сердца людей". (Пророк).

“Жить на свете – значит выбирать и стремиться; кто выбирает и стремится, тот служит некоторой ценности, в которую он верит. Все люди верят: и образованные и необразованные, и умные и глупые, и сильные и слабые. Одни сознают, что они верят, другие верят, не сознавая этого. Одни знают и то, что они верят, и то, во что они верят, а может быть, и то, на каком основании они верят. Другие верят просто, не зная этого за собою, и может быть, ни разу в жизни не подумав, во что же они, собственно говоря, верят и есть ли у них какие-нибудь основания для этой веры. Но Вера всегда остается первичной силой человеческой жизни – совершенно независимо от того, понимают люди это или нет.

Человек может заблуждаться в своей Вере и идти по ложным путям; он может разочароваться в своей прежней Вере и отходить от нее; хуже того. Он может изменять своей Вере по расчету и “продавать” ее. Но в одном человеку отказано, одного он не может: именно – жить без Веры", – писал русский философ И.А. Ильин.

А Н.В. Гоголь устами своего героя, Тараса  Бульбы, обращался к соотечественникам: "Итак, выпьем, товарищи, разом, выпьем наперед всего за Святую Православную Веру, чтобы пришло, наконец, такое время, чтоб по всему свету разошлась и везде была бы одна Святая Вера, и все, сколько ни есть бусурманов, все бы сделались христианами!"

За Веру клали свои славные головы казаки. За Веру, Царя и Отечество! сложили свои головы миллионы русских воинов. Только Вера может объединить все поколения бывших, живущих и будущих людей одной национальности. Национальность - это единство в Духе. Отсюда, все, кто исповедует Православную веру, крещён в храмах Русской Православной церкви и молится русским святым, является РУССКИМ по НАЦИОНАЛЬНОСТИ.

И для ныне живущих русских людей, и для их предков, и для их потомков Бог един  –  Спаситель Иисус Христос. Но в отличие от католиков, протестантов, баптистов и огромного количества христианских сект у нас, русских, своя Русская Православная церковь, свои русские святые.Именно через них мы ощущаем наше духовное единство со своими предками и с будущими поколениями русских людей пришедших нам на смену. Через это единство деяния предков для русского человека не просто история того или иного народа, но его собственные кровь и пот, и ратный подвиг. Вот почему всякий русский гордится всеми великими делами и свершениями, сотворенными его предками, вот почему, молясь русским святым, он ищет помощи и поддержки у своих предков в мирских делах и заступничества перед Богом за ошибки в делах духовных. Когда в храме русский человек ставит свечи за упокой  родных и близких, за упокой друзей и знакомых, когда молит Господа простить им вольные или невольные прегрешения их, в эти мгновения он живет со всеми ими единой жизнью, он ощущает свою жизнь, как продолжение их бренных жизней. Именно это и делает нас единым народом в веках.

"Проблема истинного национализма разрешима только в связи с духовным пониманием Родины: ибо национализм есть любовь к духу своего народа и притом именно к его духовному своеобразию"–писал И.А.Ильин. И далее:

"...Для того, чтобы найти свою Родину и слиться с ней чувством и волею, и жизнью, необходимо жить духом, и беречь его в себе и, далее, необходимо осуществить в себе патриотическое самосознание или хотя бы верно “почувствовать” себя и свой народ в духе. Надо верно ощутить - свою духовную жизнь и духовную жизнь своего народа, и творчески утвердить себя в силах и средствах этой последней, т.е., например, принять русский язык, русскую историю, русское государство, русскую песню, русское правосознание, русское историческое миросозерцание и т.д. - как свои собственные. Это и значит установить между собою и своим народом подобие, общение, взаимодействие и общность в духе; признать, что творцы и создания его духовной культуры суть мои вожди и мои достижения. Мой путь к духу есть путь моей родины; ее восхождение к Духу и Богу есть мое восхождение. Ибо я тождествен с нею и неотрывен от нее в духовной жизни".

Василий Ключевский, знаменитый историк, подметил в русской истории интересную особенность. "Господствующие идеи и чувства времени, с которыми все освоились, - говорил он, - и которые легли во главу угла сознания и настроения, обыкновенно отливаются в ходячие, стереотипные выражения, повторяемые при всяком случае. В XI-XII веках у нас таким стереотипом была русская земля, о которой так часто говорят и князья и летописцы... Везде Русская земля, и нигде, ни в одном памятнике не встретим выражения русский народ". Пытаясь разобраться в том, что значит "быть русским", нельзя пройти мимо этого факта. Случаен ли он? Нет, ибо русская история, начавшаяся как фактор мирового (и даже космического) значения с момента крещения Руси, в первые два века своего течения представляет нам картину формирования и духовного оформления той народной общности, которая в своем окончательном виде получила наименование "народа святорусского" - этого излюбленного выражения былинных сказителей. Понятие "народ", по отношению к национальной общности, есть понятие более высокое, не материальное, но духовное, и ее одной недостаточно, чтобы сложился коллективный духовный организм, столь крепкий и живучий, что никакие беды и напасти (а сколько их было за десять веков нашей истории) не смогли разрушить его и истребить.

Первоначально единство крови, общность происхождения славянских племен при всей своей значимости не могли придать этому собранию необходимую живучесть и крепость. Лишь только тогда, когда душа народа - Церковь - собрала вокруг себя русских людей, когда Русь преодолела отсутствие государственного единства, порождавшее в народном теле язвы и трещины усобиц, когда, сбросив с себя иноверческое татаро-монгольское иго, Россия объединилась под скипетром Русского Православного Государя - тогда во весь свой могучий рост поднялся на исторический сцене русский народ. Народ соборный, державный, открытый для всех. Осознавший цель и смысл своего бытия. С этого момента смысл русской жизни окончательно и навсегда сосредоточился вокруг Богослужения в самом высоком и чистом значении этого слова - служения Богу как средоточию Добра и Правды, Красоты и Гармонии, Милосердия и Любви.

Цель народной жизни окончательно определилась как задача сохранения в неповрежденной полноте этой осмысленности личного и общественного бытия, свидетельствования о ней миру, защите ее от посягательств и искажений. И Церковь благословила народ на высокое служение. Благословение это облеклось в форму пророчества о будущей великой судьбе России, Москвы, как Третьего и последнего Рима, последнего оплота истинной Православной веры в страшные предантихристовы времена всеобщей апостасии и всемирной смуты.

Два Рима пали в ересях и суетных соблазнах мира сего, не сумев сохранить благоговейную чистоту веры, чистое и светлое мироощущение апостольского Православия. Первый - наследник мировой империи языческого Рима - отпав в гордыню католицизма. Второй (Византия) - поступившись чистотой Церкви ради сиюминутных политических и материальных выгод, отданный Богом на попрание иноверцам, последователям Магомета. Третий же Рим - Москва, государство народа русского, и ему всемогущим Промыслом Божиим определено отныне и до века хранить чистоту Православного вероучения, утверждающего конечное торжество Божественной справедливости и любви. Так к XVI веку определилось служение русского народа, таким он его понял и принял. Так что ключ к пониманию русской жизни лежит в области религиозной, церковной, и, не усвоив этого, не поймем мы ни себя, ни свой народ, ни свою историю.

Именно Церковь сообщила нашему народу свойство соборности, бесценное качество, безумно растрачиваемое нами ныне в погоне за дьявольскими миражами грядущего якобы "общества всеобщего изобилия".

Русская соборность - это сознание духовной общности народа, коренящейся в общем служении, общем долге. Смысл этой общности - в служении вечной правде, той Истине, которая возгласила о Себе словами Евангелия: "Я есмь путь и Истина и Жизнь" (Ин. 14: 6). Это осмысленность жизни как служения и самопожертвования, имеющих конкретную цель - посильно приблизиться к Богу и воплотить в себе нравственный идеал Православия".

"Помните, что Отечество земное с его Церковью есть преддверие Отечества небесного, потому любите его горячо и будьте готовы душу свою за него положить... Господь вверил нам, русским, великий спасительный талант Православной Веры... Восстань же, русский человек! Перестань безумствовать! Довольно! Довольно пить горькую, полную яда чашу - и вам, и России!"  (Святой праведный о. Иоанн Кронштадтский).

САМОДЕРЖАВИЕ

В данной формуле не есть форма государственного управления, как представляют себе враги русского народа и русского государства, или бездарные комментаторы от лица язычников и атеистов. Самодержавие или Державность в данной формуле графа С.С. Уварова означает духовное состояние русского Православного человека, в силу религиозного чувства лично ответственного перед Господом за все свои дела и поступки, а также за дела и поступки своих братьев и сестёр, членов Церкви.   Если говорить современным языком, ближе всего по смыслу Самодержавию или Державности  самоуправление. Что более понятно современным людям. Русский народ, как державный народ, сам управляет своей жизнью  ("держит" себя сам). Это означает:   русский народ, как народ, осознающий свою "самость" и отличие от других окружающих его народов,  самостоятельно определяет нравственные и моральные устои своего государства и систему его управления. При этом ясно осознавая личную (персональную) ответственность за всё происходящее в нём. Принимая, что именно он, русский Православный человек хозяин на земле, ограниченной границами РУССКОГО государства.

"Банальная интеллигентская терминология определяет «самодержавие» или как «абсолютизм», или как «тиранию». По существу же, «самодержавие» не может быть определено терминологически, оно должно быть описано исторически: русское Самодержавие есть совершенно  индивидуальное  явление, явление исключительно и типично русское: «диктатура Совести», как несколько афористически определил его Владимир  Соловьёв. Это — не диктатура аристократии, подаваемая под вывеской «просвещённого абсолютизма», это не диктатура капитала, сервируемая под соусом «демократии», не диктатура  бюрократии, реализуемая в форме социализма, — это «диктатура Совести», в данном случае Православной совести. Русское Самодержавие было организовано русской низовой массой, оно всегда опиралось на Церковь, оно концентрировало в себе и религиозную Совесть народа, и его политическую организацию. Политической организацией народа, на его низах, было самоуправление, как политической же организацией народа в его целом было Самодержавие". Отмечал Иван Солоневич

Самодержавие или державность русского человека возникает из чувства Долга, обусловленного Совестью Православного христианина.

"С соборностью народа неразрывно связано его второе драгоценное качество – державность, – писал митрополит Иоанн. – Воплощение нравственного идеала требует соответственной социальной организации. Такая организация немыслима без державного сознания, формирующего в человеке чувство долга, ответственности и патриотизма."Любите врагов своих, сокрушайте врагов Отечества, гнушайтесь врагами Божиими",– вот державный глас народа, выраженный чеканным слогом митрополита Московского Филарета, одного из величайших русских святителей прошлого века.

Державность – это сознание каждым ответственности за всех, ответственности отдельной личности за нравственное здоровье общества и крепость государства. Не принудительной ответственности "за страх", а добровольного религиозного служения "за Совесть".

Державность – это государственное самосознание народа, принявшего на себя церковное послушание "удерживающего" (по слову апостола Павла, см. 2 Сол. 2: 7), стоящего насмерть на пути рвущегося в мир сатанинского зла.

Оба эти народные качества с неизбежностью проявились в третьем - в открытости, "всечеловечности" русского характера. Открытость эта – отрицание фальшивой национальной спеси, отрицание самоценности национальной принадлежности. Это готовность бескорыстно соединиться с каждым, приемлющим святыни и нравственные устои народной жизни".

Совсем не случайно вслед за Православием в уваровской триаде поставлено Самодержавие, которое применительно к государственному управлению наиболее полно соответствует Православию. Русский православный священник, богослов, философ, ученый, поэт Павел Александрович Флоренский в 1916 году писал: "...В сознании русского народа самодержавие не есть юридическое право, а есть явленный самим Богом факт,  милость Божия, а не человеческая условность, так что Самодержавие Царя относится к числу понятий не правовых, а вероучительных, входит в область Веры, а не выводится из внерелигиозных посылок, имеющих в виду общественную или государственную пользу".

Пройдя через десятилетия смуты и междоусобицы, чуть не потеряв государственность, и осознавая всю пагубность вечевых (демократических) форм правления, русский народ избрал себе государя и присягнул ему на верность.

ЦАРСТВО ЦАРЯ ГОСУДАРЯ И ВЕЛИКАГО КНЯЗЯ МИХАИЛА ФЕОДОРОВИЧА ВСЕЯ РУСИИ В ЛЕТО 7121

Приидоша же изо всех городов, из монастырей к Москве Митрополиты, Архиепископы и изо всех чинов всякие люди, и начаша избирати Государя, и многое было волнение всяким людям, кийждо бо хотяше по своей мысли деяти, и кийждо про кого говоряше, не вспомянув бо Писание, яко Бог не токмо царство, но и власть кому хочет, тому даст, и кого Бог призовёт, того и прославит. Бывшу же волнению великому, и никто ж не смеяше проглаголати еже что кто и хотяше сделати, коли Богу чему не повелевшу, и не угодно Ему бысть. Богу же призревшу на православную Христианскую веру, и хотящу утвердити на Российском государстве благочестивый корень, якоже издревле Израилтейскому роду царя Саула: тако убо и на наши слёзы призре Бог, и даде нам праведного Государя; род бо праведных благословится, рече Пророк: и семя бо их в благословении будет. Тако благослови Бог и прослави племя и сродство Царское достохвальнаго и Святого блаженныя памяти Царя, Государя и Великого Князя Феодора Иоанновича всея России племянника, благоверного и Богом избранного, и Богом соблюдаемого от всех скорбей Царя, Государя, и Великого Князя Михаила Феодоровича всея России Самодержца, сына Великобоярскаго рода, Боярина Феодора сына Никитича Юрьева, и положися во все люди мысль, не токмо в Велможи, или в служилые люди, но и в простые все православныя Хриетияны и в сущие младенцы; и возопиша все велегласно, что любовен нам на Московское государство Михайла Феодорович Юрьев. В той же день бысть радость велия на Москве, и пойдоша в Соборную церковь Пречистыя Богородицы, и пеша молитвы со звоном и со слезми, и бяше радость велия, яко из тьмы человецы изыдоша на свет; и кто может судьбы Божия испытати; инии убо подкупахуся, и засылаху, хотяше взойти на такую степень. Богу же тако не изволившу. Он же благочестивый Государь того и в мыслях не имеяше и не хотяше, бывшу убо ему в то время у себя в вотчине, и не ведавшу того, да Богу он угоден бысть, и за очи помаза его Бог елеем святым, и нарече его Царём.

Из «Летописи о многих мятежах»

ЗАПИСЬ, РАЗОСЛАННАЯ ОТ МОСКОВСКОГО ЗЕМСКОГО СОБОРА ВО ВСЕ РОССИЙСКИЕ ГОРОДА ДЛЯ ПРИВЕДЕНИЯ ПО ОНОЙ ВСЯКОГО ЧИНА И ЗВАНИЯ ЛЮДЕЙ К ПРИСЯГЕ В ВЕРНОСТИ ИЗБРАННОМУ НА ВСЕРОССИЙСКИЙ ПРЕСТОЛ ГОСУДАРЕМ МИХАИЛУ ФЕОДОРОВИЧУ

1613, в феврале.

Целую сей Святый Животворящий Крест Господень Государю своему Царю и Великому Князю Михаилу Феодоровичу всея Русии, и его Царице и Великой Княгине и их Царским детям, которых им Государям Бог даст, на том:

Служити мне ему Государю своему и прямить и добра хотеть во всём безо всякия хитрости; а опричь его, Государя, на Владимирское и на Московское Государство и на все Великия Государства Российского Царствия иного Государя из иных Государств, Литовского и Немецкого Короля и Королевичев и Царей и Царевичев из иных земель, и из Руских родов никого, и Маринки и сына ея на Московское Государство не хотети и Государства под ним Государем не подыскивати. А где велит Государь быти на своей Государеве службе, и мне, будучи на его Государеве службе, ему Государю служити, и с недруги его с Крымскими и с Ногайскими и с Литовскими и с Немецкими людьми и с изменники битися за него Государя, не щадя головы своей до смерти, и в Крым и в Литву и в Немцы и в иныя ни в которыя Государства не отъехати, и с изменники его Государевы не ссылатись, и ни в чём ему Государю не изменити никоторыми делы и никоторою хитростию и к воровству ни к которому не пристать.

Также мне во всём Государева Царева и Великого князя Михаила Феодоровича всея Русии здоровья оберегати и ему Государю никоторого лиха не мыслити; а где уведаю или услышу на Государя своего Царя и Великого Князя Михаила Феодоровича всея Русии в каких людях скоп или заговор или иной какой злой умысл, и мне за Государя своего Царя и Великого Князя Михаила Феодоровича всея Русии с теми людьми битись, и будет мочь сяжет, и мне их переимае привезти ко Государю; а будет за которыми мерами тех людей поимати не мочно, и мне про тот скоп и заговор сказати Государю или его Государевым боярам и ближним людям.

Также мне, кто не станет Государю Царю и Великому Князю Михаилу Феодоровичу всея Русии служить и прямить, и мне с ними битися, что с неприятели своими, до смерти.

Также мне самоволством, без Государева Царева и Великого Князя Михаила Феодоровича всея Русии указу и ведома, ничего не делати, и скопом и заговором ни на кого не приходити, и никого не грабити и не побивати, и никакого дурна никому не чинити, и во всём ему Государю своему Царю и Великому Князю Михаилу Феодоровичу всея Русии служити и прямити и добра хотети безо всякия хитрости, по сему крестному целованью.

Целую сей Святый Животворящий Крест Господень на том на всём, как в сей записи писано.

Точно также целовали Святый Животворящий Крест Господень Православные граждане России, присягая и клянясь в верности императору Николаю II и его супруге, после их восшествия на престол. И предали клятву и своего императора.  А тексты потомков этих предателей мы можем до сего дня встретить во всех печатных изданиях и в Интернете. Многие сегодня задают себе вопрос: "Почему в нашей стране до сегодняшнего дня у власти находятся предатели и гонители российского народа?", и  почему Господь не помогает русскому народу обрести достойную власть.

Господь не помогает нам потому, что мы до сегодняшнего дня не прервали цепь  предательств, начатую еще декабристами в 1825 году. Вместо того чтобы осудить их и предать анафеме, определенные круги Российского общества представили предателей и клятвопреступников героями и борцами за "свободу" и "справедливость".  На их примере стали воспитывать молодое поколение. А ведь они были трижды предателями.

Во-первых, они предали Веру и свою Церковь, ибо сказано: "Итак, будьте покорны всякому человеческому начальству, для Господа: царю ли, как верховной власти, правителям ли, как от него посылаемым для наказания преступников и для поощрения делающих добро, - ибо такова есть Воля  Божия, чтобы мы, делая добро,  заграждали уста невежеству безумных людей, - как свободные, не как употребляющие свободу для прикрытия зла, но как рабы Божии. Всех почитайте, братство любите, Бога бойтесь, царя чтите". (1 Послание Петра 2:13-2:17).

Во-вторых, декабристы предали своих предков, которые в 1613 году поклялись Господу, верно служить роду Романовых.

В-третьих, они предали Государя и свою честь, нарушив присягу. А они присягали Императору особым образом.

Воспитанные на примерах предателей-декабристов и предателей, отрубавших головы королям Англии и Франции, новое поколение герценых, огарёвых, чернышевских и желябовых в феврале 1917 года, при попустительстве всего общества, совершили очередной акт предательства, поправ Честь, Совесть и Присягу. Они вновь предали Веру и Царя  во имя масонских эфемерных "свободы", "равенства", "братства". А в результате, в октябре 1917 года к власти пришли те, кто предал не только честь, совесть и присягу, но и Отечество, и русский народ.  Десятки миллионов российских граждан стали жертвами невиданного геноцида. Героями и примером для подрастающего поколения стали очередные предатели.

Русский народ и его Церковь совершили тяжкий грех. Они не защитили своего царя с семьёй, хотя целовали Святый Животворящий Крест Господень и клялись в верности императору, по восшествии его на престол.

И эта предательская эпопея повторилась в 1991 году, и в октябре 1993 года. Вновь уничтожение СССР  прошло под лозунгами "демократии", "свободы" и "равенства". В результате мы позволили создать общество подлости и вопиющего неравенства, в котором Православная Вера попирается повсеместно.

Формула "Самодержавие"  подразумевает участие каждого гражданина в управлении своим государством.

Главное, чтобы власть была хранительницей Православной Веры РУССКОГО народа, его обычаев, языка, культуры, и всеми силами и возможностями способствовала спасению душ своих граждан.  А это значит, что власть непрерывно и неукоснительно должна  преграждать путь греху во всех его проявлениях и всячески поощрять направлять богоугодные деяния. Она обязана способствовать сохранению и приумножению народа и его благосостоянию. Если же при любом правлении его Вера умоляется, численность  РУССКОГО народа сокращается и падает его благосостояние, эта власть АНТИРУССКАЯ. Такая власть должна быть свергнута в самые кратчайшие сроки любыми доступными средствами.

НАРОДНОСТЬ

Почему третьим элементом в формуле обозначено понятие – НАРОДНОСТЬ. Будучи всесторонне образованным выходцем из дворянской среды, много лет прожившим в разных странах Европы, граф С.С. Уваров прекрасно осознавал пропасть, которая существовала между российским народом и правящим классом.

Ни в одной стране Западной Европы, как во времена графа, так и сегодня, мы не встретимся с явлением, которое до последнего времени можно наблюдать в России: именно, с резким разрывом между духовной жизнью так называемой "элиты", и духовной жизнью широких народных масс. Со времени Петра Великого "высшие классы", как и современная "элита", жили и живут духовными интересами западноевропейского культурного мира, не только слепо подражая Западу, но и своеобразно претворяя западные начала в русской стихии, свидетельством чему является русская литература, музыка, живопись, театр и т.д. Русские же народные массы в это время жили и живут своей собственной, во многих отношениях еще и теперь не опознанной жизнью, чуждой западным влияниям и питающейся единственно силами русской национальной души. Русский народ во многих отношениях живёт собственной духовной жизнью, по-своему веря в Бога, имеет собственную устную и письменную поэзию, свою собственную литературу, свои собственные нравственные представления, даже своё обычное право - именно, воззрения русского народа на государство, его политические идеалы.  Сегодня в этом может убедиться любой. Для этого достаточно войти в Интернет, где существует бесконечное количество самых разных объединений русских людей.

Совсем не случайно в современной России существует несколько союзов писателей, несколько союзов художников, несколько союзов кинематографистов и т.д. Это является свидетельством глубочайшего духовного и нравственного раскола в обществе. Поскольку в своём творчестве художники служат разным нравственным идеалам, их совместное существование даже в формальных объединениях оказывается невозможным.

Если взять Россию "высших классов", так называемую современную "элиту", то она имеет свою философию государства и права. Нельзя сказать, что философия эта отличается слишком большой оригинальностью. Во многих отношениях она представляет собою отражение западно-европейских течений, также в некотором своеобразном преломлении, пожалуй, только менее оригинальном, чем, например, русское искусство.

Российское государство было искони государством добровольным, основанным на "взаимной доверенности" народа и власти. "Не брань, не вражда, - как говорил К. Аксаков, характеризуя русское государство, - как это было у других народов, вследствие завоевания, а мир вследствие добровольного призванья". Мир и нравственное единство - таковы были самобытные начала русского государства. Свободное согласие пронизало отношения между властвующими и подвластными, которые соединялись единым нравственным убеждением, а не формальной юридической нормой, не правовыми гарантиями. "Гарантия не нужна! - восклицали славянофилы. - Гарантия есть зло. Где нужна она, там нет добра; пусть лучше разрушится жизнь, в которой нет доброго, чем стоять с помощью зла. Вся сила в идеале. Да и что значат условия и договоры, как скоро нет силы внутренней!".

Основой государства была не "внешняя правда", а "правда внутренняя", то есть внутреннее убеждение и связанное с ним "бытовое предание". На твердости быта, проникнутого началами православной религии, а не на нормах римского права, как это было на Западе, покоилось все русское государство. Цельность бытового бытия - вот что составляло фундамент России, и она представляла собою истинно нравственное целое, приближающееся к идеалу "Нам скажут, - говорил К. Аксаков, - но уж то же было полное блаженство! Конечно, нет. На земле нельзя найти совершенного положения, но можно найти совершенные начала... Россия нашла истинные начала, никогда не изменяла им, и святая взаимная доверенность власти и народа, легшая в основу ее, долго неизменно в ней сохранилась".

Вот почему в триаде графа Уварова, третьим элементом является НАРОДНОСТЬ.

НАРОДНОСТЬ определяет смысл существования государства и всей системы власти в нём. Ради защиты себя любимого, для обеспечения собственной безопасности, ради свободы, которую ему гарантирует государство, народ соглашается нести тяготы и обременения.

НАРОДНОСТЬ требует понимания подавляющим большинством правящего класса своей роли, как служение Господу, через служение своему народу. Только при таких условиях возможна полная гармония между властью и управляемым ею народом. Охраняя Веру своего народа, светская власть должна самыми суровыми средствами предотвращать любые посягательства на её основы. Этого требуют не какие-то там попы, а формула власти РУССКОГО государства. Только при таких условиях в России явится спокойствие, мир и порядок. Русский народ вновь обретёт своё государство и будет служить ему верой и правдой не за страх, а за Совесть.

НАРОДНОСТЬ – означает направленность деятельности любой власти в Российском государстве. Всё, что делает  власть, должно быть направлено на обеспечение безопасности, благосостояния и процветания  народа, а не отдельных личностей, пусть и очень выдающихся личностей. Это не гуманистическая "демократия", в рамках которой  личность – всё, "масса" – ничто. Мы не "масса", мы – народ! И это требуется доказывать  нынешним демократизаторам непрерывно изо дня в день, из года в год.

Чтобы лучше понять, почему именно в первой половине XIXвека РУССКАЯ ИДЕЯ была выражена рассматриваемой формулой: "ПРАВОСЛАВИЕ. САМОДЕРЖАВИЕ. НАРОДНОСТЬ.", обратимся к нашей истории.

Политические идеи, - пишет Н.Н. Алексеев в работе "Русский народ и государство", - особенно народные, тесно связаны с той исторической обстановкой, в которой они родились и выросли, и, чтобы понять эту особую интуицию русским народом политического мира, следует начать с характеристики особенностей русской истории. Истина и сказка переплелись здесь в одно целое, и они до сих пор еще не отделены друг от друга, хотя отделения их как будто требует величайшая и истинно трагическая серьезность настоящего исторического момента.

Россия, как национальное государство, сложилась при Великих князях всея Руси Иване III и Василии III, то есть приблизительно к началу XVI столетия. Однако в тот момент, когда она сложилась, на горизонте ее уже начали появляться грозные тучи. Царствование Ивана IV, официально изменившего титул великого князя московского на царя всей России, ознаменовалось грозной "революцией сверху", не уступающей по своим ужасам революциям, произведенным "снизу". В конце этого продолжительного царствования явно началась завязка тех событий, которые иностранцы называют "tragediamoskovita". События эти принято объяснять кончиной династии и вопросом о престолонаследии, между тем корни их конечно заложены гораздо глубже. Со смертью Грозного началось смятение русской земли, которое продолжалось четырнадцать лет, до избрания первого Романова (1598-1613 гг.). Первые годы царствования Михаила ознаменовались казацкими восстаниями на юге, проникновением казаков с атаманом Баловнем вплоть до Москвы, господством разбойничьих шаек во всей России. Конец царствования как будто прошел спокойнее, но в начале воцарения Алексея Михайловича, следовательно, через тридцать лет по окончании великой смуты, поднялся московский бунт 1648 года. Не прошло и десяти лет, как в Москве началась церковная смута, кончившаяся расколом, поддержанным довольно широкими массами московского населения.

Прошло десять лет после осуждения Никона (1658 г.) - началось казацкое движение на юго-востоке, завершившееся огромным мятежом Стеньки Разина, этого любимейшего народного героя русской истории (1670-1671 гг.). В 1675 году умер царь Алексей, и опять над Москвой повисли тучи. Кратковременное царствование царя Федора Алексеевича завершилось московской смутой 1682 года. Смутой ознаменовалось вступление на престол Петра. В 1698 году, после отъезда юного Петра за границу, вспыхнул стрелецкий бунт, потом бунт астраханских казаков, потом Булавинский бунт (1707 г.). Во время всего царствования Петра росла и углублялась церковная смута. После смерти императора Петра I в Петербурге происходила перманентная революция, которая, однако, ограничивалась дворцовыми сферами и не затрагивала широкие народные массы. Однако в 1773 году поднялся бунт яицких казаков, началась пугачевщина, потрясшая здание империи до основания и едва его не разрушившая. Итак, за 300 лет, какое количество потрясений! И большинство из них двигалось огромными народными массами, которые волновались, приходили в движение и колебали государство. "Русская смута" проявляла себя в течение описанных трех столетий не потому, что мутили крамольники, но вследствие глубоких трещин, обнаружившихся в теле русского государства. Не мирное согласие, а глухая, подземная рознь, глубокие вулканические течения, клокотавшие внутри русского общества, - вот что порождало русскую смуту.

Характерность русской истории, как это, впрочем, установлено нашими большими историками, определяется причинами чисто естественными, географическими. Главное явление нашей истории, как справедливо указал С. М. Соловьев, есть колонизация. Но в процессе колонизации восточной Европы из всех европейских народов славяне были крайними, пограничными с безмерными пространствами кочевой Азии. Отсюда вся наша история и есть, прежде всего, борьба с Азией, приспособление к Азии и ассимиляция Азии. Государство наше родилось в процессе суровой долголетней борьбы с азиатскими кочевниками, которые были сначала победителями, а потом постепенно стали побежденными.

Государство наше, выросшее в этой борьбе, типично имело характер военного общества, построенного как большая армия, по принципу суровой тягловой службы. Свободные формы промышленных обществ были ему совершенно чужды. Оттого жизнь в государстве нашем была не из легких - "постылое тягло", как говорил наш народ, - "всю землю облегло". И понятно, что суровое московское тягло не всем было по душе, подвижные элементы населения всячески старались от него укрыться. А вольных элементов этих было много, кочевая вольница была даже нашей своеобразной стихией, проявлявшейся и в новгородских "ушкуйниках" и в славных низовых "товариществах" южного казачества.

Особенностью нашего государства было то, что вокруг него на юге и востоке простирались бесконечные земли, где укрыться было действительно легко и удобно. В этом наше отличие от Запада, где мир был узок, и укрыться было некуда, разве только в бесконечных морских пространствах. Потому проблема Запада была проблемой, решаемой на конечной территории, а наша проблема разрешалась на территории неопределенной. Потому на Западе стремились к усовершенствованию внутренней стороны общественной жизни, а у нас стремились к внешнему расширению в пространстве. Потому западная история следовала принципу социальной интенсификации, мы же шли путем экстенсивным. На Западе, если государство давило, можно было придумать только один исход: усовершенствовать государство и ослабить давление. У нас государство давило по необходимости, но  мы не стремились усовершенствовать государства, а уходили от него в степь и в леса. Государство настигало ушедших - они опять уходили дальше. Так и протекал процесс колонизации.

Определяющими силами русской истории были, с одной стороны, силы, организующие государство, силы порядка, с другой, - силы дезорганизующие, анархические, внешне выражающиеся в различных проявлениях русской смуты. Особенностью русской истории является то, что смута эта не была попыткой организации вольницы в пределах государственного порядка, но представляла собою вечный выход ее из государства в дикое поле и в темные леса. Уход от государства есть первостепенный факт русской истории, который физическое свое воплощение нашел в казачестве и свое нравственное оправдание - в различных политических воззрениях, оправдывающих бегство от организованных политических форм общественной жизни.

Основной организующей идеей русской истории была идея московской самодержавной монархии, которая с воцарением Петра истолкована была в смысле западного абсолютизма и превратилась в идею Российской Империи петербургского стиля.

Теория же восточного абсолютизма утверждала, что государственный порядок является отражением порядка небесного. Что земной владыка является носителем божественных функций, что он есть существо страшное, карающее и милующее, что жизнь и смерть людей - в его руках. Что он, как бог, несет спасение подданным, с которыми он связан не правовой, а чисто нравственной связью.

Публицисты московской монархии, и главным образом Иосиф Санин и его школа, в точности воспроизвели в своих воззрениях все эти основные пункты, изложенные впоследствии в политической теории Ивана Грозного. Таким образом, иосифлянство стало официальной теорией московского самодержавия. Авторы этой теории принадлежали к образованным классам московского государства, были частью старой московской интеллигенции, преимущественно состоящей из духовенства.

Для построения государственного порядка недостаточно, чтобы ему сочувствовала кучка образованных людей; необходимо, чтобы в построении его участвовали широкие народные массы, которые уверовали в правду данного государственного строя и почувствовали себя его искренними сторонниками и защитниками. Русский народ должен был почувствовать себя конгениальным замыслу иосифлян - иначе не было бы и Московского государства. Наиболее ярким показателем того, что идеал неограниченной монархии московского стиля не был простой теорией, являются события Смутного времени. Народ сначала смирно созерцал смуту, "не знал, как помочь беде", "как взяться за дело". По наивности он дал себя вовлечь в крамолу, но скоро он понял, "что здесь ему, кроме своих боков, отстаивать и защищать нечего". Тогда он и пошел в ополчение Минина и Пожарского, обнаружив непомерное "богатство нравственных сил" и "прочность своих исторических и гражданских устоев". Так им и была провозглашена монархия московского стиля - этот исконный общенародный русский идеал. Скверные посадские люди и скверные мужики, шедшие на освобождение Москвы, - эта московская "общественная середина", поддержали программу московской монархии. Не увлекаясь "ни реакционными планами княжеского боярства", ни "исканием общественного переворота", они олицетворяли собою ту консервативную силу, для которой монархической идеал не был простым словом, но более или менее глубоким убеждением.

Что московская монархия не лишена популярности в широких народных массах, свидетельствует также и отношение народа к царствованию Ивана Грозного до сегодняшнего дня.  В Православных кругах даже в XXIвеке периодически поднимается вопрос о канонизации Ивана IV. Это свидетельствует о том, что проблема "семибоярщины"  не менее актуальны и для нашего времени. Искоренение бояр, борьба с родовой аристократией были поняты широкими народными массами, как истинно народное дело. "Лучше грозный царь, чем семибоярщина" - гласит народная пословица. "Грозное царствие лучше междуцарствия".

Как не раз уже это отмечалось в русской литературе, народ наш в своих песнях и в былинном эпосе предал забвению большинство наших царей, но сохранил память об Иване Васильевиче Грозном, причем главным образом о светлых сторонах его характера. Все это показывает, что народу нашему по душе был тот крайний тип монархической идеологии, который олицетворен был и в личности, и в воззрениях Грозного царя. Но что самое главное: народ наш в пословицах своих буквально воспроизвел теорию самодержавной монархии, как она в точном соответствии с языческими образцами, воспроизведена была иосифлянами и их державным учеником.  И совсем не случайно буквально накануне по государственному телевидению был показан мерзкий многосерийный фильм об Иване Васильевиче Грозном. В этом фильме было растоптано всё светлое и доброе, что хранит народная память об этом правителе. Выражаясь языком партийцев из  СССР, это была идеологическая диверсия, плевок в душу РУССКОГО народа. И осуществил этот плевок картавый режиссёр Лунгин, вместе с группой отмороженных артистов и других специалистов "мерзопакостных" дел.

Народные пословицы наши утверждают, прежде всего, ту истину, которая лежала в основе восточно-языческого монархизма, - истину о подобии порядка небесного и порядка земного. "Бог на небе, царь на земле", - говорит его мудрость. "Что Бог на небе, то на земле царь". Поэтому "без Бога свет не стоит, без царя земля не строится". Как и древние народы, русский народ любит уподоблять царя солнцу: "Светится одно солнце на небе, а царь русский на земле". Оттого царь и является носителем божественной воли:

"Чего Бог не изволит, того и царь не изволит". "Царь повелевает, а Бог на истинный путь наставляет". "Сердце царево - в руках Божиих". "Одному Богу Государь ответ держит". Здесь мы понимаем, на чем покоится неограниченность истинного монарха: он неограничен по близости своей к Богу, как носитель божеских предначертаний и божественной правды. "Где царь, тут и правда". "Царское осуждение бессудно, не судима воля царская". "Царь судит, как Бог на сердце ему положит". "Правда Божия, а суд царев". "Суд царев - суд Божий". И понятно, что носитель божественных предначертаний, существо особо близкое к небу, не может не быть страшным и грозным. "Царь - не огонь, а ходя близ него, опалишься". "Близ царя - близ смерти". Такой царь есть носитель божественного гнева и божественной милости. "Карать да миловать - Богу и царю". "Царев гнев - посол смерти". "Нет больше милосердия, как в сердце царевом". Поэтому царь есть "батюшка", спаситель и хранитель. "Царь щедр - отец есть всем". "Без царя - народ сирота". "Без царя земля вдова" (или Русь вдова). "Богом да царем Русь крепка".

Пословица есть "готовая формула нравственного поведения" народов, мысль которых усматривает критерий истины не в согласии с разумом, а в исконности, в ореоле нерушимого предания, завещанного от предков. "Пословица не даром молвится" - и не даром русский народ в пословицах своих обоготворил монархию.

Монархия иосифлянского стиля стала его подлинным, "народным" делом - и последним, может быть, самым убедительным доказательством этого являются знаменательные события русской истории, носящие имя раскола. С точки зрения истории политических идей раскол представляется явлением, совершенно исключительным по самобытности тех процессов, которые обнаружились вместе с его постепенным развитием. Раскол не был "протестантским", "реформаторским" движением - напротив, он истекал из глубин московского бытового консерватизма. Раскол мог родиться только в атмосфере иосифлянского государства, поставившего своей главной целью защиту правоверия. Проблема раскола, в сущности говоря, задана была самим Иосифом Волоколамским, и то, что совершилось, было позднейшим историческим выполнением этого задания. Не без основания раскольники считали Иосифа "своим" и высоко чтили. В сочинениях Иосифа был ясно поставлен вопрос о том, как должно относиться к правительству, если оно перестало стоять на страже истинной веры. Без колебаний Иосиф утверждал, что истинный православный не обязан признавать такое правительство и ему повиноваться. Так и стали поступать раскольники в тот момент, когда, по их мнению, государство перестало быть хранителем правоверия. Впрочем, пока отступничество государства от правоверия было еще не вполне решительным, можно было не предавать его безусловному осуждению. Можно было считать, что государство действует "по простоте", по недомыслию, и не впадает в неисправимый грех. Оттого предметом отрицания раскольников было сначала не государство, а только представители официальной церкви. Первые вожди раскола старались выгородить и обелить государство, переложить всю долю ответственности на представителей официальной церкви. "Церковь православна, - говорили они, - а догматы церковные от Никона еретика"... "А государь наш, царь и великий князь Алексей Михайлович, православен, но токмо простою своею душою принял от Никона, мнимого пастыря, внутреннего волка, книги, чая их православны, не рассмотря плевел еретических в книгах". Наиболее горячий сторонник раскола, протопоп Аввакум, еще полон веры в силу царской власти.

Русский народ, расходясь в расколе с официальной церковью, старается еще держаться за государство и за царскую власть. И он держался так вплоть до царствования Петра I, вплоть до учреждения империи, когда, по мнению довольно широких народных кругов, государство бесповоротно впало в грех. Учреждение империи резко обозначает тот водораздел, перейдя который известные части русского народа уже прямо начинают отвращаться от государства, переставшего хранить заветы старины и правой веры. И прежде всего раскольники отходят от теории божественного происхождения власти, от постулатов христианской лояльности по отношению к государству, впадая в настроения ветхозаветные и апокалипсические. Раскольничьи писатели с подробностью останавливаются на критике того взгляда на государство, согласно которому всякая власть происходит от Бога и всякая душа должна повиноваться властям предержащим. Раскольники считают, что теорию эту создали "лже-праведники" и что она совершенно не подходит к современным условиям жизни. "В начале бо евангельской проповеди, - говорят они, - всюду бе власти языческие, а зде еретицы богохульные обладаша, и они тогда, языческие властители, слуги токмо дьявола нерекошася, зде же о самом сатане по числу его (666) состоит слово". Поэтому следует говорить не о "покорении" этим властям, но о брани с ними, не о почитании их, но о ненависти. "Сатанинские власти Бог, словами пророка, яко врагов истине повелевает ненавидити. глаголя, ненавидящие тя. Господи, возненавидех, совершенною ненавистью возненавидех их, бо враги быше мои".

Такою ненавистью и возненавидели раскольники империю, учреждение которой истолковано ими было как новое своеобразное язычество, как служение новым Ваалам и Астартам. Император стал для них "лжехристом", который "нача превозношатися паче всех глаголемых Богов". "И бысть самовластен, не имея никого в равенстве себе, восхитив на себя не токмо точию царскую власть, но и святительскую, божию, бысть самовластный пастырь, едина безглавая глава над всеми". Он как бы приписал себе славу сына Божия. Те поэтические славословия, с которыми наше образованное общество обращалось к Петру, истолковывались просто как кощунство.

Он бог твой, бог твой, о Россия!

Он члены взял в тебе плотские

Сошед к тебе от горних мест...

Ссылаясь на эти слова, народные противники императорской власти прямо говорили: "И паки именовался божеством России"... "Ибо он древний змий, сатан, прелестник, свержен бысть за свою гордыню от горних ангельских чинов, сошел по числу своему 1666 (год рождения Петра), взяв члены себе плотские, якоже святии пишут Ефрем и Ипполит: родится сосуд скверный от жены, и сатана в него вселится и начнет творити волею своею". Невыносимы были для народной фантазии сами светские изображения Петра. Взирая на гравюру, резанную в 1764 году, изображающую императора вместе с Минервою, раскольники говорили, что все это "иконы Антихристовы", "образы звериные". "И трон их общий, и книги законные под ногами их, и якоже Меркурий, бог эллинский, бог купечества и красноречия, и ворам помогатель, со оною же Минервою сим же видом описуя изобразуют". Образ этот "подоболепне существа идола, Даниилом виденного".

Раскол наш справедливо получил название старообрядчества, так как он представлял собою острую реакцию, проявленную старым московским бытом на новые петербургские порядки. И с поразительной простотой и ясностью формулировалась политическая программа старообрядчества. "Императором Александра Николаевича не признаю, а признаю его царем, " показывал в 1855 году арестованный раскольник (федосеевец). - Титул император значит Перун, Титан или Дьявол; герб двуглавого орла есть также дьявольский, ибо человек, зверь и птица имеют по одной голове, а две головы - у одного дьявола. Благочестивейшими и благоверными царя и всю царскую фамилию признаю тогда, когда они станут веровать в истинного Иисуса, а не Иисуса-антихриста, и когда освободят нас, верующих в древнюю церковь и страждущих в заточении, от вашего ложного трехперстного духовенства, которое состоит из щепотников, осквернивших церковь и веру... Законы гражданские созданы не царем, а начальством; царем же подписаны только из одной боязни и опасения за свою жизнь; а потому я эти законы считаю ложными и беззаконными, а признаю Стоглавый закон Иоанна Грозного. Властей мирских я признаю только тех, кои поставлены были царем, а не императором. Начальников над нами, правоверными, ныне вовсе нет никаких, а прежде были бояре и воеводы. Сенат же ваш - есть дьявольский комитет".

Едва ли можно с большей четкостью выразить силу впечатления, произведенного идеей иосифлянского государства на душу подлинного русского человека. Еще в половине девятнадцатого столетия русский политический вопрос сводился у него к простой формуле "сияющий православием" московский царь да воссядет на престол петербургского императора и да станет он хранителем правоверия, соответствующего дониконианской эпохе. Ибо "Церковь ваша православною и святою была до патриарха Никона, - говорили старообрядцы. - Со времен же Никона духовенство нарушило веру христианскую и церковь ваша, которую вы называете православною, осквернена... Я же чту древнюю церковь, бывшую до Никона, а нынешнюю вашу проклинаю и никогда в нее не хожу". Дониконианская церковь вместо никоновской, царь вместо императора. Стоглав вместо свода законов, бояре и воеводы вместо чиновников, приказы вместо "дьявольского комитета, олицетворяемого сенатом, - это ли не обнаружение действенной силы московского миросозерцания, дожившего до конца XIX века и, казалось бы, пошедшего на убыль уже в начале двадцатого века, но неожиданно взорвавшего Россию в феврале 1917 года?

И, тем не менее, не все благополучно было в этом исконном, национальном русском политическом идеале. В действительности за старое московское государство многие из его современников держались, но держались с большими оговорками. Об этом уже свидетельствует сама, выраженная в пословицах народная мудрость. В пословицах и поговорках русский народ, как мы видели, обоготворил монархию, однако нельзя в них не открыть в то же время резкого политического протеста, глубокой социальной критики. "До Бога высоко, - говорит народная мудрость, - до Царя далеко". "Не ведает царь, что делает псарь". "Царь жалует, псарь разжалует". В этих изречениях порицается не сама монархия как институт, но ее реальные воплощения. Монарх покинул народ, как Бог покинул мир, - таковы настроения способствующие в религиозном сознании проповеди манихейства, в политическом - развенчиванию религиозно обоснованного государства. Иногда, впрочем, русская пословица идет и еще дальше: народу не по душе, что он во всем зависит от посторонних, высших сил. "Душа - Божья, голова - царская, спина - боярская". "Осудари наши, воля ваша, хоть дрова на нас вози, лишь понемногу клади". Особенно протест этот резок тогда, когда дело идет о зависимости не от Бога и царя, а от высших классов. "Мы и в аду служить будем на бар: они будут в котле кипеть, а мы дрова подкладывать". Баре и бояре - вот корень социального зла, искажающего и природу царской власти. "Царские милости сквозь боярское сито сеются". Особенно же вредными считаются государевы слуги, служилое сословие, бюрократия. "Воевода хоть не стоит лыка, а ставь его за велика". "Помути, Господи, народ, да покорми воевод". "Бог сотворил два зла: приказного да козла". "Дерет коза лозу, а волк - козу, а мужик - волка, а поп - мужика, а попа - приказный, а приказного - черт". "Приказный за перо возьмется, у мужика мошна и борода трясется". Бичеванию подвергается продажность и своеволие царских слуг. "Вор виноват, а подьячий мошне его рад". "От черта отобьешься дубиной, а от подьячего полтиной". "С подьячим возиться - камень за пазухой держать". "Дьяк у места, что кот у теста: а дьяк на площади, то Боже пощади". Особенно же народное сознание возмущает неправедность государева суда. "Из людей не скоро праведных найдешь судей". "Суд прямой, да судья кривой". "Не бойся закона, бойся судьи". "Тот и закон, как судья знаком". "Когда рак свистнет, тогда судья решит право". "Подпись судейская, а совесть лакейская". "Бог любит праведника, а судья - ябедника". "Судьям полезно, что им в карман полезло". "Судейский карман, что поповское брюхо, что утиный зоб". "Судью подаришь, все победишь".

Так искажаются в народном сознании божественные установления монархии. Монархия-то Божье дело, да порядки в ней, скорее, дело нечистого". И вот возникает у русского человека глубочайшее стремление - исправить эти порядки. Пожалуй, силой такого стремления, искренностью его, самоотверженностью с которою оно реализовалось, русский человек отличается от многих других народов. С величайшим подъемом ищет он "правды" и хочет государство свое построить как "государство правды".

"Напрасно Православная Церковь взывала устами своих святых подвижников: "Западом и наказывал, и накажет нас Господь, а нам в толк не берется. Завязли в грязи западной по уши, и все хорошо. Есть очи, но не видим; есть уши, но не слышим и сердцем не разумеем. Господи, помилуй нас!...  Вдохнув в себя этот адский угар, мы кружимся, как помешанные, сами себя не помня..." Слова эти принадлежат русскому подвижнику, епископу Феофану, затворнику Вышенскому. Не горько ли, что и сегодня звучат они как нельзя более современно?

К предостерегающему голосу пастырей Церкви присоединяли свои тревожные призывы и патриоты-государственники. В докладной записке Департамента полиции, датированной 10 февраля 1895 года, отмечается: "Ныне боевой аппарат масонства усовершенствован и формы грядущего натиска откристаллизовались. Испытанным боевым оружием масонства уже послужил экономический фактор - капитализм... Разжигание бессознательной ненависти в народной толще против всех и вся - таков второй и главный наступательный ход, выдвинутый ныне масонством в России. Этой мутной волной намечено потопить царя не только как Самодержца, но и как Помазанника Божия, а тем самым забрызгать грязью и последний нравственный устой народной души - Православного Бога... Пройдет всего каких-нибудь десять - двадцать лет, спохватятся, да будет поздно: революционный тлен уже всего коснется. Самые корни векового государственного уклада окажутся подточенными".

Катастрофа 1917 года и последовавшая за ней братоубийственная бойня иллюстрируют приведенные выше цитаты лучше всяких слов. Религиозный смысл этих исторических событий не вызывает сомнений. Стремились уничтожить Россию как Престол Божий, русский народ - как народ-богоносец. Символический смысл некоторых деяний "строителей светлого будущего" просто бросается в глаза.

В 1918 году при странных, таинственных обстоятельствах совершено зверское убийство царской семьи и их ближайших слуг. Зачем? Ведь никакой политической опасности царственные узники к тому времени уже не представляли - это ясно любому непредвзятому исследователю. Убивая Русского Православного Царя - символически убивали законную, христианскую, национальную власть. Убивая Наследника - убивали и будущее России. Убивая вместе с Августейшей Семьей их верных слуг - убивали всесословное общенародное единение, к которому так стремилась всегда русская жизнь.

"Как восстановить в себе черты народа-богоносца, с бесовским упорством вытравливавшиеся богоборческой властью? Как обезопасить себя от духовной заразы потребительства, этой поистине мировой чумы, растлившей и погубившей уже многие народы, бывшие некогда христианскими? Все эти и еще многие иные проблемы, стоящие сегодня перед нами, суть один и тот же вопрос: как дальше жить?  –  Обращается к нам митрополит Санкт-Петербургский и ладожский Иоанн. –

Думается, из сказанного выше уже многое проясняется. Прежде всего - надо вернуться в Церковь. Надо очистить место святое - душу человека - от тряпок и побрякушек, от навязанных ей ложных ценностей и восстановить в правах попранный и оплеванный смысл жизни человека. Жизни как служения Богу, зовущему нас к Себе: "Приидите ко Мне вси труждающиеся и обремененнии, и Аз упокою вы" (Мф. 11: 28). Надо откликнуться на этот Отчий зов, прийти с покаянием, не скрывая нынешнего своего убожества и срамоты, прийти с молитвой и верой, и тогда - силен Бог очистить наши сердца и восстановить в них мир и покой осмысленного бытия.

Восстановив истинные ценности внутри себя, надо восстановить их и вовне. Жизнь общества, государства требует осмысленности так же, как и жизнь отдельного человека. Не может материальное благополучие быть целью всех стремлений. Сытое брюхо еще не значит - чистая Совесть. Критерием государственного устройства должна стать его богоугодность, соотнесенность с тысячелетними святынями веры. Нужно во всей полноте использовать богатейший опыт русской государственности. Выкинуть на свалку наглую ложь об "империи зла", "России - тюрьме народов", "гнилом царизме", сказать правду о семидесятилетнем пленении Православной Церкви и русского народа. Нужно осознать, что у Православной России есть враги, ненавидящие наш народ за его приверженность к Истине, за верность своему религиозному служению, своим христианским истокам и корням. Осознать, что если мы хотим выжить - нам надо научиться защищать себя, свою веру, свои святыни...

Итак, братия и сестры, соотечественники, люди русские! Молю вас усердно, вседушно - повинуясь своему архипастырскому долгу и голосу совести своей - воспрянем, опомнимся, одумаемся наконец! Господь милосерд и нелицеприятен: всякую искренне обратившуюся душу приемлет с радостью и любовию, омывает от грехов и неправд благодатию Своей, утешает утешением возвышенным, духовным, о котором суетный мир не имеет даже приблизительного понятия. Лишь только начнем нелицемерно - появятся и силы, и умение, и святая, жгущая сердце ревность. "Да будет общею всем такая преимущественно забота, чтоб начавши, не ослабевать и не унывать в трудах, и не говорить: долго мы уже пребываем в подвиге. Но лучше, как бы начиная каждый день, будем приумножать ревность свою". Шестнадцать столетий назад были сказаны эти слова святым преподобным Антонием Великим в утешение и назидание всем тем, кто унывает и сомневается в своих способностях к духовному возрождению. К нам, к нам, сегодняшним, обращены они. Прислушаемся к ним, ибо нераскаянны обетования Божии, и великая судьба России зависит ныне от нашего произволения. Мы - и никто иной - можем и должны воссоздать державу Святорусскую. Да будет так! Аминь".

Александр Чвалюк, г. Новосибирск,

18 сентября 2012 г, 4 часа 50 минут


Опубликовал Александр Чвалюк , 20.09.2012 в 03:31
Статистика 1
Показы: 1 Охват: 0 Прочтений: 0

Комментарии

Показать предыдущие комментарии (показано %s из %s)
Владимир Воробьёв
Владимир Воробьёв 21 сентября 12, в 17:12 Со многим можно согласиться, кроме конкретных рекомендаций в сфере реальной политики. То, что у нас власть не православная, всем известно, как и то, что все другие политические группировки (КПРФ, СР, ЛДПР и др.) тоже не правослвные. Поэтому, исходя из здравого смысла, говорить, что действующую власть надо как можно быстрее убрать любыми способами - это все равно, что говорить: пусть хоть хаос или развал, но только не эта власть, не православная...

Где здесь здравый смысл, патриотизм? Так же мыслят крайние либералы, митингуя на площадях: долой Путина (хоть потоп, но только не Путин)...

Если бы был у русского народа Царь от Бога (допустим), была бы какая-то часть народа, ему преданная, желающие православного государства те же силовики и чиновники (в какой-то своей части), мощная православная или монархическая партия, реально обладающая хотя бы потенциальной способностью властвовать и управлять на федеральном уровне - можно было бы говорить о рельной альтернативе власти не православной...

Но, так как всего перечисленного нет, и так как действующей власти нет никакой православной альтернтативы, а есть либероиды и коммуняки на подхвате, то какой смысл делать заявления о том, что эту власть надобно гнать?

Во всем должен быть здравый смысл, созидательный патриотизм, а не то, что на руку крайним силам, разрушительные предложения и призывы...

Вот такие замечания по статье... Что касается православного государства - конечно к нему надо стремиться, но стремиться конструктивно - создавать партию свою (христианской альтернативы), идти на выборы, бороться за голоса и места в местных, региональных и федеральных органов власти, в том же Кремле... Однако ни на что такое православные патриоты уже 20 лет не способны - в этом главая беда... А власть, коммунисты, жириновцы не брезгуют политической деятельностью, поэтому имеют места во всех структурах власти и управления, влияют на ситуацию в стране и будущее. А мы, православые патриоты, ни на что не влияем, а в последнее время или ходим на митинги к крайней опозиции, или ругаем власть, призываем гнать ее ото всюду... К сожалению..
Текст скрыт развернуть
1
Александр Чвалюк
Александр Чвалюк 22 сентября 12, в 22:42 "...исходя из здравого смысла, говорить, что действующую власть надо как можно быстрее убрать любыми способами - это все равно, что говорить: пусть хоть хаос или развал, но только не эта власть, не православная...
"Мне, к сожалению, ваш "здравый смысл", уважаемый Владимир, не удивителен. Как и понятен "здравый смысл" основной части клира и Патриарха. И понятны ваши сетования на отсутствие Православных партий и достойных лидеров и управленцев.
Остаётся только порадоваться, что подобным "здравым смыслом" не обладал святой Гермоген. В 1610 году у него не было единого Русского народа на Руси, не было своих войск в Кремле, как у поляков, не было казаков под стенами кремля, поддерживавших нерусскую власть, не было боярства, верно служившего иноземцам. К нашему счастью, у него не было и вашего "здравого смысла".
Но у него была несокрушимая Вера в Бога и невероятная Сила Духа. В одиночку он объявил войну Польскому государству и огромной части предателей Руси, извлекавших материальные выгоды из своего предательства. Он не надеялся даже дожить до торжества того дела, которое затеял на Руси в одиночку. Но он свято верил в Бога и Православный Русский народ, который и без него обязательно завершит начатое богоугодное дело.
Гермоген стал рассылать грамоты к Православным русским людям, призывая их к объединению, созданию ополчения и освобождения страны от захватчиков. Чем всё это закончилось, знает любой Православный чадо нашей Церкви.
Ты пишешь: "…так как действующей власти нет никакой православной альтернативы, а есть либероиды и коммуняки на подхвате, то какой смысл делать заявления о том, что эту власть надобно гнать?"
А теперь перенеси себя на место Гермогена! Какой смысл было ему писать и рассылать те грамоты? Ведь на подхвате у поляков была боярская Дума и казаки.
Ни тебе, ни клиру, ни Патриарху сегодня, как Гермогену, ни что не угрожает физически. Просто ежеминутно, ежечасно, ежесуточно убивается ПРАВОСЛАВНЫЙ РУССКИЙ народ, а на его место в Россию завозятся инородцы из числа атеистов, мусульман, иудеев, буддистов и т.д., а вы, якобы обладая "здравым смыслом", принимаете для себя формулу: "…какой смысл делать заявления о том, что эту власть надобно гнать?". Если хотите, это предательство своего народа! По-другому я лично не могу расценить.
Теперь о кадрах. Неужели ты на полном серьёзе думаешь, что в Православной среде среди РУССКИХ людей не найдётся того, кто заменит любителя "Твиттера" и "айпадов", ещё недавно занимавшего президентское кресло, или нынешнего президента? А что касается власти на местах, её давно могли бы заменить, если бы клир и Патриарх заняли чёткую и однозначную позицию. Ведь заявил же ещё Алексий II, что против русского народа ведётся война. Так надо быть последовательными и чётко выразить свою позицию по отношению и к власти, и к либероидам, и гельманам и коммунистам. Ситуация в стране такова, что дальнейшее молчание или неопределённая позиция Церкви по этим вопросам может привести к необратимым процессам и в самой Церкви, и в обществе.
Текст скрыт развернуть
1
Владимир Воробьёв
Владимир Воробьёв Александр Чвалюк 19 ноября 12, в 21:29 Я сторонник передачи власти православным патриотам мирным путем, по договоренности между властью (это реально сегодня чекисты) и православными политиками, которые сейчас объединены вокруг генерала Ивашова... В. Путин и Л. Ивашов начали контактировать и обсуждать самые разные вопросы - от геополитического проекта для России, который видится сегодня как проект Цивилизационный (т.е. Православный) и до реальных кадровых вопросов (после одной из встреч начались аресты в Минобороны, сбор компры на Сердюкова)...

Считаю, что православным патриотам не надо уподобляться купленным либералам или коммунистам и кричать "долой Путина" - это непозволительно в стране, которая итак на ладан дышит и чудом удерживается от распада... Наша позиция проста: чекисты должны передать власть православным патриотам, которые и поведут нацию к новой социально-экономической модели христианского типа. Что там конкретно получится - Православное государство, Монархия или Царство - будет видно...

Есть информация о том, что В. Путин очень серьезно подумывает о том, кому передавать власть и страну после себя. Это нас вполне устраивает, тем более, что В. Путин склоняется к Православному пути развития России, но, к сожалению, будучи рожденным системой КГБ, не имеет возможности лично повести Россию по этому пути, а склонен передавать все тем, кто сможет осуществить этот Проект для России, повторюсь: Православный Соборный Проект...
Текст скрыт развернуть
0
Владимир Воробьёв
Владимир Воробьёв Александр Чвалюк 19 ноября 12, в 21:30 Я сторонник передачи власти православным патриотам мирным путем, по договоренности между властью (это реально сегодня чекисты) и православными политиками, которые сейчас объединены вокруг генерала Ивашова... В. Путин и Л. Ивашов начали контактировать и обсуждать самые разные вопросы - от геополитического проекта для России, который видится сегодня как проект Цивилизационный (т.е. Православный) и до реальных кадровых вопросов (после одной из встреч начались аресты в Минобороны, сбор компры на Сердюкова)...

Считаю, что православным патриотам не надо уподобляться купленным либералам или коммунистам и кричать "долой Путина" - это непозволительно в стране, которая итак на ладан дышит и чудом удерживается от распада... Наша позиция проста: чекисты должны передать власть православным патриотам, которые и поведут нацию к новой социально-экономической модели христианского типа. Что там конкретно получится - Православное государство, Монархия или Царство - будет видно...

Есть информация о том, что В. Путин очень серьезно подумывает о том, кому передавать власть и страну после себя. Это нас вполне устраивает, тем более, что В. Путин склоняется к Православному пути развития России, но, к сожалению, будучи рожденным системой КГБ, не имеет возможности лично повести Россию по этому пути, а склонен передавать все тем, кто сможет осуществить этот Проект для России, повторюсь: Православный Соборный Проект...
Текст скрыт развернуть
1
Показать новые комментарии
Показаны все комментарии: 4

Последние комменты

Александр Кошулько
Александр Кошулько
Alexandrе
*
Alexandrе США ГОТОВИЛИСЬ К НАНЕСЕНИЮ МАСШТАБНОГО УДАРА ПО РОССИИ, НО ИСПУГАЛИСЬ
Владимир Воробьёв
Владимир Воробьёв

Поиск информации